Строгий голос сказал:

- Ты просишь меня нарушить правила, которые были святы миллионы лет. Этого не хочу не только я. Мне это запрещают миллионы поколений живших на земле гномов.

- Но, Глого, если правило не срабатывает в течение тысячелетий, не пора ли его пересмотреть? Ведь это правило оставило на земле только вас с Бобо, а что же будет с ним, когда он останется один?

- Не говори об этом! - выкрикнул голос из азалий, и показалось, что он сердится.

- Но ведь это так, Глого. Что же случится со всем вашим народом, если твой внук не женится?

Из кустов донесся стон.

- Ты думал об этом, Глого?

- Я уже много лет ни о чем другом не думаю, - донесся в ответ еле слышный шепот.

- И поэтому тебе так плохо?

- Мне хуже всех живущих на земле.

- Но, Глого, - вмешался Бобо, - тебе не надо обо мне тревожиться. Мне совсем не нужна жена.

- Глупенький, - произнес голос. - Всему будущему гномов нужна твоя жена.

Воцарилось долгое молчание. Наконец Родни сказал:

- Хотел бы я вам сообщить, где живут другие гномы. Но вам же известно, что гномы прячутся от людей. Все, что я могу сказать, - я буду вашим другом, и сделаю все, что в моих силах, чтобы разыскать те леса, где есть еще гномы. Я сделаю это, даже если вы не согласитесь обучить меня лесной мудрости.

И в первый раз показалось, что спрятанный в азалиях голос начинает сдаваться.

- Это звучит искренне. Но отвечают ли люди за то, что они говорят?

- Постой, - продолжал доказывать Родни, - если бы мы хотели причинить вам зло, мы могли бы уже это сделать. Ведь Бобо в наших руках. А ты, Глого, прожил на свете уже тысячу лет. Многим ли ты рискуешь, если доверишься нам?

- Да, правильно.

И в тот же миг кусты раздвинулись, и показалась маленькая фигурка, тех же размеров, что и Бобо, в таких же коротких штанишках и островерхой коричневой шапочке. Но лицо этого маленького существа было менее круглым, его покрывали морщинки и украшала седая борода, доходящая почти до пояса.